ВС признал действительными обеспечительные сделки банкрота

  • 14 марта, 2022
  • 6
Поделиться:

С сентября 2016-го по июль 2017 года ООО «Хортица» заключило с банком «Югра» семь договоров залога и два договора поручительства на общую сумму более 50 млрд руб. Все соглашения обеспечивали возврат кредитов, которые взяли в банке девять строительных и нефтяных компаний с 2014 по 2017 год. По данным Casebook, деятельность ООО «Хортица» с 2006 года добывала нефтяной газ, сырую нефть и предоставляла услуги по бурению. До декабря 2017-го она имела лицензию на Мултановском месторождении в Ханты-Мансийском автономном округе — Югре.

Эти компании, включая более чем половину банка «Югра», находились под контролем Алексея Хотина — еще недавно одного из богатейших бизнесменов России. Сейчас он находится под арестом по обвинению в растрате 290,5 млрд руб. из «Югры», которая обанкротилась в сентябре 2018 года (дело № А40-145500/2017). Агентство по страхованию вкладов, которое стало управляющим банка, выявило признаки преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК и выраженного в хищении принадлежащего банку имущества под видом выдачи кредитов юридическим лицам. Как сообщало АСВ в ФСБ, кредиты предоставлялись под сомнительный залог, чья ликвидность не гарантировала возврат долга. Расследование по уголовному делу продолжается.

Вред кредиторам

А в марте 2019 года по заявлению налоговой Арбитражный суд города Москвы ввел процедуру наблюдения в отношении «Хортицы», которая накопила более 800 млн руб. долгов по налогам. В августе 2020 года суд признал должника банкротом (дело № А40-83941/2018). 

Конкурсным управляющим общества АСГМ утвердил Дмитрия Кузнецова. Он решил оспорить заключенные с банком договоры залога и поручительства на основании п. 2 ст. 61.2 закона «О банкротстве», поскольку общая сумма договоров превышает стоимость чистых активов должника по состоянию на 2017 год. По мнению Кузнецова, сделки были совершены с целью причинить вред кредиторам.

7 декабря 2020 года АСГМ удовлетворил требования управляющего и признал сделки недействительными. Первая инстанция посчитала, что стороны заключили спорные сделки в период подозрительности и в них не было экономической целесообразности для должника. Кроме того, суд установил, что банк, должник и заемщики входят в одну группу лиц и имеют единого конечного бенефициара Хотина. По мнению АСГМ, это доказывает, что банку было известно о финансовых проблемах должника и неплатежеспособности части заемщиков, в пользу которых заключались спорные сделки. «Хортица» взяла на себя заведомо неисполнимые обязательства, что причинило вред внешним кредиторам, так как их требования стали уступать в приоритете залоговым требованиям банка, решил АСГМ.

Суд также обратил внимание, что вопрос добросовестности банка уже обсуждался в деле № А75-6869/2018. В нем банк хотел зарегистрировать три спорных договора ипотеки, которые он заключил с должником летом 2017 года. Сначала АС Ханты-Мансийского АО удовлетворил требования истца, но это решение отменил 8-й ААС. По мнению апелляции, требование банка о государственной регистрации права залога направлено на нарушение прав и законных интересов кредиторов ООО «Хортица», в число которых входит ИФНС России № 43 по городу Москва. Поведение банка нельзя считать добросовестным, оно противоречит положениям ст. 10 ГК, решил суд. В итоге 8-й ААС отказал в регистрации спорных договоров.

Апелляция и кассация согласились с признанием сделок недействительными, после чего АСВ обратилось в Верховный суд.

Причины банкротства

В своей кассационной жалобе АСВ настаивало, что на момент заключения сделок должник был платежеспособен, вел активную хозяйственную деятельность и обладал значительными активами — нефтяными скважинами и дорогим оборудованием, указал управляющий.

По мнению АСВ, банкротство должника возникло после создания дочернего предприятия ООО «Мултановское», на которое «Хортица» в декабре 2017-го переоформила свою лицензию на эксплуатацию нефтяного месторождения. Это произошло уже после заключения обеспечительных сделок, поэтому банкротство общества с ними не связано, считает кредитор.

Эту жалобу ВС выделил и передал на рассмотрение, которое состоялось 3 февраля 2022 года.

Экономический смысл 

Первой на заседании выступала представитель АСВ Ольга Пермякова. Она заверила, что все спорные договоры были заключены в интересах «Хортицы». Банк выдал кредиты компаниям, которые строили для должника объекты недвижимости, поэтому экономический смысл для общества в этих сделках был, считает представитель.

По мнению Пермяковой, первая инстанция сделала вывод о неплатежеспособности только на основании отрицательного бухгалтерского баланса и не исследовала причины задолженности. У суда также не было причин признавать действия банка недобросовестными, так как в деле о регистрации договоров ипотеки суды отказали не из-за злоупотреблений, говорит представитель. «Мы просили зарегистрировать договоры, так как «Хортица» уклонялась от регистрации. Но суды посчитали, что уклонения не было, поэтому нам отказали в удовлетворении иска», — пояснила Пермякова.

Ей оппонировал юрист ООО «Хортица» Василий Пичужкин. По его словам, именно спорные сделки привели должника к банкротству. «Размер требований на 200% превышал активы должника. Это объективное банкротство. Компании требовалось 10 лет на восстановление», — утверждал представитель.

— Какой был срок у кредитов? — спросил судья Иван Разумов.

— По каждому договору срок был разным. По большинству из них он закачивался до 2023 года. По части соглашений уже возникла просрочка, — ответил Пичужкин.

Интересы вкладчиков

Следующим выступал представитель конкурсного кредитора ООО «НБК-Сургут» Дмитрий Стекольников. Он обратил внимание суда на то, что из-за спорных обеспечительных сделок должник не может исполнить свои обязательства перед независимыми кредиторами. Если бы «Хортица» не передала все свое имущество в залог, то не смогла бы погасить долги, уверен представитель. «Неясно, почему из-за действий банка теперь страдают независимые кредиторы и бюджет», — сказал Стекольников.

— А почему должны страдать вкладчики банка? Почему вы считаете, что ваш интерес должен быть в приоритете? — задал вопрос судья Разумов.

— Когда мы заключали договор с «Хортицей», мы не знали, что в ее главе стоит банк «Югра». Тем более мы не могли знать, что он обанкротится. Вклады были застрахованы. Они получили хотя бы что-то, а мы ничего, — ответил представитель.

— Но вкладчики же тоже не знали, что их деньги пойдут на строительство скважин, а потом их банк станет банкротом. 

Выслушав стороны, суд изменил судебные акты в части признания сделок недействительными, в этой части заявление конкурсного управляющего должника ВС оставил без рассмотрения. Так экономколлегия оставила в силе договоры залога и поручительства, заключенные между «Хортицей» и банком «Югра».

Источник: Право.ру


Поделиться: